«В Тагиле современное искусство бурляще-зарождающееся, пробивающееся сквозь тернии. Оно в чем-то смелое, в чем-то наивное»

«В Тагиле современное искусство бурляще-зарождающееся, пробивающееся сквозь тернии. Оно в чем-то смелое, в чем-то наивное»

В преддверии открытия фотовыставки «Свет. Тени. Идеальная женщина» мы поговорили с куратором галереи отеля Park Inn Ксенией Лариной о тонкостях организации выставочной деятельности в Тагиле и узнали у автора выставки, фотографа Егора Майера, что кроется за понятием «идеальный человек».

 

Ксения Ларина – художник, преподаватель теории дизайна и композиции в Уральском колледже прикладного искусства и дизайна при Московской государственной художественно-промышленной академии им. С. Г. Строганова, независимый куратор выставок современного искусства в Тагиле. На протяжении 13 лет преподавательской деятельности Ксения создавала выставки для молодых выпускников и студентов. Некоторое время занималась организацией выставок фотографии в галерее Space Place при Центральной городской библиотеке. В июле этого года Ксения выступала куратором и участником международного проекта «Tempus/Locus – Место/Время» в музее ИЗО. Недавно сеть отелейPark Inn пригласила Ксению в свою галерею для создания проектов, связанных с искусством –  живописью, фотографией, творчеством интересных и талантливых современных авторов.

О вкусах тагильской публики, качестве творческих проектов нашего города и специфике профессии куратор Ксения Ларина рассказала журналисту АН «Между строк».

Первым событием в пространстве галереи отеля Park Inn явилась персональная выставка художника Дениса Тевекова. Чем вас, как куратора, привлекли его работы? 

- Для меня Денис Тевеков – сложившийся художник, который уверенно идёт по своей дороге как исследователь и как автор – для современного искусства это составные понятия. Его визуальный язык отработан, выразителен и узнаваем. Он нашёл тему, о которой готов говорить, и абсолютно искренен в своём творчестве, что, безусловно, подкупает. Денис разрабатывает тему верности и точности высказывания через жест, через художественный акт. Направление, в котором он работает, – это новый виток «живописи действия», популярной еще в 60-х годах в Европе и США. Живопись действия в целом построена на энергии, на событии, она отражает волевые акты, которые являются неотъемлемой составляющей жизни каждого из нас. Если человек совершал серьезный поступок, то, скорее всего, он сможет найти в представленных работах знакомую эмоцию.

Почему эти картины собраны в одном пространстве? Одна экспозиция вмещает несколько серий. Работы как-то «рифмуются» между собой? 

- Экспозиция собрала в себе три серии работ, и в целом живопись и графика составляют одну общую историю. Денис создавал их, находясь в арт-резиденции в Марокко, где работал несколько месяцев. Географическая удалённость и контрастность климата определили основное противоречие проекта. Главная тема проекта – это исследование полярности как художественной формы. Она условно посвящена снегу Урала и солнцу Марокко. Название имеют только серии, мы решили не прибегать к узким рамкам и дать возможность зрителю интерпретировать увиденное в том ключе, в котором позволяет живопись действия.

В Тагиле появляются новые выставочные залы, галереи, арт-пространства, создаются новые художественные проекты. Какова роль куратора выставки, и насколько от этой фигуры зависит успех мероприятия? 

- Куратор – это тот человек, который организует связь между зрителем и произведением искусства. Зачастую он задаёт тему выставки, концепцию, направление, в котором художник максимально ёмко высказывается. Также куратор находит подходящее пространство, условия восприятия работ, иногда намеренно создаёт препятствия для автора или для зрителя, потому что преодоление – это такой же опыт получения новых ощущений, как и прямой визуальный контакт. При выборе автора работ важно, чтобы куратор опирался на связи из социальных процессов, личных убеждений, профессиональной этики и собственных представлений о том, как должно быть, а не стремился показать проект любой ценой, пытаясь угодить аудитории.

 

Куратор – это достаточно новая для России (для Тагила, в частности) профессия. Вообще, профессия это или призвание? Необходимо ли специальное образование для ведения кураторской деятельности? 

- Я бы не сказала, что это новая профессия для России, потому что любой музейный работник, который занимается созданием экспозиций, выполняет частично или полностью функции куратора. В Москве, Санкт-Петербурге, в региональных центрах существуют институции, где кураторы профессионально создают пространства, готовые продуцировать новые смыслы, расширяется и аудитория. Если говорить о современном искусстве, то здесь существует ряд фигур, которые стояли у истоков кураторской практики в России: Виктор Мизиано, Борис Гройс, Иосиф Бакштейн, список можно продолжить.

Куратор, по мнению как раз Мизиано, выбирает не карьеру, а судьбу. Это высказывание точно для любой творческой профессии. Профильное образование возможно получить за рубежом и в России. Насколько мне известно, в Москве в прошлом году институтом «Стрелка» совместно с Виктором Мизиано был организован курс, подготовленный специально для будущих кураторов.

 

Кураторская деятельность приносит доход?

- Как и любая профессиональная деятельность, может приносить доход, причём не только материальный. В Екатеринбурге для меня интересны кураторский опыт Владимира Селезнёва, Светланы Усольцевой, Ильи Шипиловского. Их проекты многослойны, при этом ясны. Думаю, такую профессиональную деятельность можно назвать успешной. Илья Шипиловских, к примеру, сейчас арт-директор в Арт-галерее Ельцин Центра. Ещё один пример – Владимир Селезнёв, куратор Центра современного искусства, с завидной регулярностью показывает уральских художников в Европе и Америрке, его опыт творческого самозонания повлиял на многих художников Нижнего Тагила и Екатеринбурга.

 

А если говорить о создании выставочных проектов в нашем городе?

- В Тагиле из-за отсутствия центра поддержки современного искусства процесс создания экспозиций связан с определёнными препятствиями, например, с поиском подходящего выставочного пространства. Если создавать независимую галерею, то первое, с чем мы столкнёмся – с поиском финансирования либо окупаемостью. Второе – с тем, чтобы найти средства для реализации непосредственно проекта в том качестве, в котором будет необходимо. Также в нашем городе не так много выставочных мест, которые располагают объёмами, подобными галерее Park Inn, а ждать выставку, особенно персональную, скажем, в муниципальном музее для молодого художника довольно долго и сложно. В восприятии современного искусства тагильской публикой тоже есть некоторая тяжеловесность. По-прежнему определённая прослойка зрителей консервативна и настроена на восприятие упрощённых образов.

 

То есть, несмотря на заметный рост интереса тагильской аудитории к современному искусству, отношение к нему остаётся не самым дружелюбным? 

- Я бы сказала, что недружелюбное отношение представлено отдельными случаями, в более широких слоях, в слоях, где закладывается основа, сейчас происходят подвижки. Всегда есть люди, которые чего-то не понимают или не хотят понять. За последнее время в Тагиле открылось немало творческих пространств, и это, наверное, резкий толчок для жителей нашего города, потому что если ты в течение нескольких лет приходишь с работы и смотришь телевизор, то потом сложно выйти в галерею и анализировать современное искусство. В то же время я вижу, как формируется новое общество, готовое воспринимать коды и шифры современного искусства, критически осмыслять происходящее вокруг.

 

Какое оно – современное искусство в мире, в России и в Тагиле?

- Современное искусство в мире – это мощный процесс, довольно дружелюбный, коммерчески очень верно выстроенный. Он задействует большие финансовые потоки и, как любое масштабное явление, привлекает специалистов из разных областей. В России современное искусство очень неоднородно вследствие того, что оно выросло в условиях социально-политического контекста. К примеру, зародившийся в революционной России русский авангард был подавлен, но в то же время влияние советского периода, когда преодоление системы стало определять сущность искусства, сформировало московский концептуализм. Сейчас кто-то пытается идти по стопам Запада, но, несмотря на это, российское искусство ищет свое лицо и оно формируется и обретается. Есть художники, которые готовы жить искусством, быть искренними в своём высказывании, менять пространство и действовать. В Тагиле современное искусство бурлящее-зарождающееся, пробивающееся сквозь тернии. Оно в чём-то смелое, в чём-то наивное.

 

Можете назвать тагильские проекты, которые вас впечатлили?

- Среди тех проектов, в которых я принимала непосредственное участие как куратор, я бы выделила «Tempus/Locus – Место/Время» в Нижнетагильском музее ИЗО, в котором также участвовали художники Владимир Селезнёв (Екатеринбург), Людмила Калиниченко (Екатеринбург), Андрей Сяйлин (Самара), Taro Karibe (Токио). Это междисциплинарный международный проект, который был посвящён связке места и времени. Мне понравилось, как работала команда, как откликнулись художники, какой получился результат.

Если говорить об успешных проектах других авторов, для меня это ЖКП и галерея «Кубива». Они воплощают свои идеи регулярно и при этом самобытны и убедительны. Их искусство естественно вплетено в социальную ткань, и тем оно интересно. Как организаторы художественной среды и выставочного пространства ЖКП тоже привлекают внимание, так как создают проекты, абсолютно точные тому посылу, который в них заложен. Ребята выражают себя профессионально, на том языке, на котором говорят. Нет ощущения, что они делают так, потому что не умеют иначе.

 

А в каких случаях появляется подобное ощущение?

- Когда в кураторской среде встречается попущение и инфантилизм. Как результат, страдает качество культурной коммуникации и нивелируется связь между зрителем и художником, и это всегда разочаровывает. В то же время у подобных мистификаций, когда желаемое выдаётся за действительное, есть и плюсы: зрителю есть с чем сравнивать, а это уже движение вперёд. С этой точки зрения любое новое выставочное пространство – плюс.

 

Совсем скоро в галерее отеля Park Inn откроется новая выставка – фотопроект Егора Майера «Свет. Тени. Идеальная женщина». О чём эта история?

Ксения: Поскольку в галерее Park Inn возможно осуществлять различные творческие эксперименты, у нас появилась смелая идея – создать уникальные работы, которые бы органично вписывались в конкретное выставочное пространство, формируя тем самым единство формы и мысли.

Егор: О чём эта история? О поиске образа «идеального человека», которым я занимаюсь уже много лет. В данном случае тема «идеальности» созвучна с сюжетом фильма датского режиссера Йоргена Летта «Совершенный человек» 1967 года. В понятие человеческого «идеала» я не вкладываю значение безупречной красоты. Для меня это, скорее, идеальная модель – человек, который существует внутри каждого из нас. С помощью технических средств, с помощью игры света и теней я пытаюсь выразить эмоции через портреты. Кто знает, может быть, в этом проекте мы впервые изобразим психологический портрет «идеального человека» (смеётся.- Прим.ред).

Ксения, в заключение нашей беседы хотелось бы услышать пару слов-рекомендаций людям, которые ведут кураторскую деятельность в нашем городе или планируют проявить себя в этой сфере.

- Я не сторонник советов, но я уверена: то, что ты делаешь как профессионал, должно быть интеллектуально-актуальным и честным. Информация по профессиональному обучению открыта, существуют дистантные курсы, доступны лекции теоретиков и практиков. Существуют кураторские школы за рубежом и в России, правда, из-за привлечения англоязычных специалистов обучение проводится на английском. В открытом доступе лекции по теории и практике не только кураторской деятельности, но и в целом о логике понимания современного искусства, например, Виктора Мизиано, Бориса Гройса и других специалистов.

 

АфишаНТ